Сосед сверху. Страшный дневник Эмили Кларк
Записи Эмили Кларк, найденные в квартире №7 по адресу ул. Вязов, 32. Переданы полицией в архив как «неподдающиеся логическому объяснению».
21 октября. День переезда.
Я всегда мечтала о старом доме с высокими потолками. Но когда агент вручил ключи от квартиры в доме 1903 года постройки, я почувствовала, как что-то холодное коснулось запястья. «Это кондиционер», — засмеялся он. Кондиционера не было.
Первая ночь. Стены здесь словно дышат — расширяются и сужаются вместе с твоим сердцем. В три часа проснулась от стука. Точно: кто-то ходит наверху. Скрип половиц, шарканье тапочек, глухой удар — будто уронили мяч. Позвонила в управляющую компанию. Мне ответили, что квартира над моей пустует десять лет.
27 октября. Тишина.
По всем законам физики, если над тобой никого нет, ты не должен слышать, как вода капает в чужой раковине. Но я слышу. Каждую ночь. Кап-кап-кап, словно кто-то оставил кран открытым. Сегодня встала, чтобы проверить свою ванную. Вода в трубах была ледяной, хотя я не включала холодную. А на зеркале — разводы, будто от пальцев. Много пальцев. Детских.
Днём встретила старушку из квартиры напротив. Она спросила: «Вы тоже слышите его?». Когда я кивнула, она перекрестилась и захлопнула дверь.
2 ноября. Первая фотография.
Работаю удалённо — пишу статьи о дизайне интерьеров. Сегодня делала селфи на фоне кирпичной стены. Когда увеличила снимок, увидела за своей спиной силуэт. Маленький, ростом с ребёнка. Лицо размыто, но видно, что он… нет, оно держит что-то в руках. Игрушку? На всякий случай удалила фото. Через час обнаружила его распечатанным на принтере. На обороте — детской рукой выведено: «Давай поиграем».
Никаких детей в доме нет.
7 ноября. Расследование.
Сходила в архив. Дом построен в 1903 году семьёй Редловых. В 1952-м здесь случился пожар. Погибли владелец и его сын. Мальчик, 8 лет. Соседка-старушка (теперь я понимаю, почему она боится) шепнула: «Они его нашли в шкафу. Со странными символами на стенах. Говорят, отец пытался изгнать дьявола».
Вечером достала святую воду и соль. Но когда поднялась в квартиру над собой (управдом таки дал ключи), там было… пусто. Ни мебели, ни ледов пепла. Только на подоконнике — свежий след ладони в пыли. Размером с мой кулак.
14 ноября. Игры.
Проснулась от боли. На руке — синяк в форме пальцев. Будто кто-то сжимал запястье всю ночь. Вечером, пока варила кофе, замигал свет. В такт морганию за окном стучали — три пауза три пауза три. SOS. Но кто мог это сделать? Мы на седьмом этаже.
Позвонила экстрасенсу. Он сказал: «Сущность требует внимания. Поиграйте с ним». Смешно, но я купила мяч. Положила в центр комнаты. Ночью он застучал по полу сам — тук-тук-тук, потом умолк. Утром нашла его в духовке. Холодной.
21 ноября. Стена.
Заказала ремонт. Когда рабочие сняли обои в спальне, мы остолбенели. Под слоем штукатурки — чёрные символы. Круги, перечёркнутые линии, фигуры, похожие на скрюченных людей. «Это не наши проблемы», — буркнул бригадир. Они ушли, оставив стену голой.
Ночью я проснулась от шепота. Слова на неизвестном языке. Голос исходил… из стены. Когда включила фонарь, узоры начали двигаться. Сливаться в лицо. Детское. Оно открыло рот и закричало.
25 ноября. Сосед.
Начала спать с ножом под подушкой. Сегодня он… появился. Я мыла посуду, и вдруг в коридоре что-то упало. На пороге стоял мальчик. Лица не видно — будто его стёрли. Он протянул руку с моим ножом. Лезвие было покрыто ржавыми пятнами.
— Папа говорил, ты поможешь, — прошипел он.
Я побежала к двери, но замок заклинило. Мальчик исчез, оставив на полу лужу воды. Солёной. Как слёзы.
1 декабря. Правда.
Нашла старую газету. 1952 год: «Трагедия на Вязов, 32. Отец, Мартин Редлоу, обвинён в убийстве сына. Тело ребёнка найдено в запертой комнате со следами насильственного экзорцизма. Мальчик страдал редкой болезнью — его кожа покрывалась символами при стрессе. Отец утверждал, что мальчик «одержим»».
Теперь я понимаю символы на стене. Это его кожа. Его крики. Его попытки сказать: «Я болен, а не проклят». Отец замуровал его в комнате. Той самой, что над моей спальней.
24 декабря. Финал.
Он здесь. Сидит на кровати. Его лицо… оно как глина, которая постоянно плавится. Глаз нет, только дыры. Но я чувствую взгляд.
— Он убил меня, — говорит мальчик. Его голос звучит в моей голове. — Теперь ты поможешь уйти?
— Как? — спрашиваю я, хотя уже догадываюсь.
Он протягивает нож. Тот самый, с ржавым лезвием.
— Ты станешь новой стеной.
Я понимаю. Призраки не просто «есть». Они создаются. Крик боли, застрявший в кирпичах. Чтобы он исчез, кто-то должен занять его место.
Пишу это, пока он ждёт в углу. Выбора нет. Все жильцы до меня сбежали или сошли с ума. Если я откажусь, следующий арендатор повторит цикл.
Прощайте. И проверьте стены в вашем доме. Возможно, кто-то уже шепчет за ними.
Примечание управляющей компании: Квартира №7 сдаётся. Новый ремонт, тихие соседи.
Теперь мои рассказы можно найти в ДЗЕН. Канал так и называется «Маша пишет» вот ссылка
